Титулы и звания.

 

Одним из центральных понятий евангелий, разумеется, является понятие мессии или по-гречески “Христа”. В наше время это понятие по вполне понятным причинам оказалось исковеркано до неузнаваемости вследствие продолжительной догматической работы, которую насильственно проводила церковь как институт все эти столетия. Истинное значение было утеряно и как следствие этого появилась куча самых различных подчас открыто нелепых  трактовок этого понятия. Однако если следовать изначальному традиционному смыслу этого термина или титула то он мог обозначать, лишь одно – некто помазанного оливковым маслом (елеем) как правило, жрецом или пророком и как следствие этого ставшего царем под покровительством самого Яхве. Это если опять же, как я сказал брать традиционное значение этого слова, так как исходное его значение нам неизвестно.  Учитывая, что впервые оно появляется при упоминании таких как царей как Давид и Саул чье существование за неимением надежных вторичных источников стоит под очень большим вопросом следует и вовсе задаться вопросом а не было ли выдумано это понятие вместе с остальными в те времена когда писались книги Танаха (Ветхого Завета). Если принять тот факт что я упомянуд еще в начале этой главы что на самом деле это понятие могло запросто быть позаимствовано во времена Персидской оккупации и Вавилонского пленения, то мы увидим что этот термин и вовсе оказывается лишен каких либо иудейских корней а все истории с помазанием на царство не более чем ретроспективная фикция впрочем как и большая часть  Танаха.

 

В таком случае любой машиах или мессия то есть царь помазанный оливковым маслом на царствование окажется фигурой вымышленной и получится что на самом деле мы опять же не знаем ничего конкретного. Однако даже если это так (а учитывая то, как и кем и главное когда писались книги Танаха) и мы примем титул машиах как исключительно исторический вкупе со всем что применительно к нему написано в так называемых пророческих писаниях Танаха то даже при таком подходе то обстоятельство как он был впоследствии использован евангелистами и всеми остальными сотни лет спустя заставляет лишь недоумевать относительно личностей исковерковавших его суть до неузнаваемости. И главной причиной на то является хотя бы тот факт что вопреки всему тому что было написано когда то в пророческих писаниях Танаха помазанный царь из обычного человека стал божественной фигурой чего в принципе никогда не могло случиться в ортодоксальном иудаизме. Для того же чтоб понять далее  всю искусственность этого термина и как следствие искусственность всей евангельской литературной и теологической структуры надо понять одну очень важную вещь. Писания Танаха составлялись после времени вавилонского пленения и как орудие массовой пропаганды. А потому не только Пятикнижие написанное не ранее 3-го века до н. э. но и большая часть пророческих книг если не все была написана постфактум что уже превращает их и соответственно все мессианские пророчества в них в не более чем обычную литературу как правило, основанную исключительно на богатом воображении их авторов.

 

Имея под собой в виде культурного и литературного субстрата-основы персидские и вавилонские элементы пророческие книги превращают все имеющиеся в них мессианские чаяния не более чем в случайный набор фраз и несвязных так никогда и  не сбывшихся по вполне понятной причине пророчеств. В результате машиах во всех пророчествах так и остается неким вымышленным персонажем и искусственной литературной конструкцией получившейся благодаря заимствованию из более древней (вавилонской и персидской) культуры. И вот на этом довольно жидком и ненадежном фундаменте двусмысленных и маловероятных пророчеств в еще более искаженной форме и был взращен образ евангельского мессии в котором и без того передернутые факты и так называемые пророчества были возведены еще в более высокую степень абсурда. Это и есть один из слоев упомянутых мною в самом начале. Пророчества из Танаха о приходе машиаха притянутые за уши и до бесчувствия искаженные в угоду новосозданному литературному персонажу.

 

Машиах пророческих книг как собирательный исключительно литературный персонаж по задумке его авторов должен был родиться как потомок царя Давида абсолютно обычным человеком из плоти и крови и стать выдающимся военным лидером, который подчинит себе всех своих более могущественных соседей и сделает Израиль и Иудею единым процветающим царством, где управление будет вершить сам Яхве через своего помазанника. Это самое краткое определение того кем должен был стать будущий царственный помазанник. Он не должен был стать спасителем всего человечества или уж тем более воплощением Яхве – родиться от непорочной девы и творить различные чудеса – быть распятым или взять на себя чьи либо грехи. Все это впоследствии было выведено в евангелиях путем долгого искажения и тщательной редакции из наиболее близких и подходящих для будущего литературного образа и без того двусмысленных пророчеств. Все остальные аспекты мессии как чудотворца или страдающего раба встречающиеся, к примеру, у Исайи были также впоследствии преобразованы под нужды новой догмы. Причем не исключено что со временем и имевшиеся копии Танаха переписывались под уже имевшиеся в евангелиях искаженные пророчества дабы сходство было еще более бесспорным.

 

Теперь когда я немного разъяснил как обстояло дело и как создавался центральный образ евангелий необходимо перейти к изложению моей теории о том как в литературном отношении поэтапно происходило создание образа спасителя и чудотворца. Как я и говорил в самом начале помимо того что этот образ довольно многослоен каждое евангелие очень легко расчленить на отдельные смысловые блоки и если провести подобный анализ то нам представится довольно любопытная картина. Особенно четко это можно будет проследить в так называемых синоптических евангелиях. Так окажется, что мы имеем дело с набором из более чем 190 различных сюжетов, из которых около 112 будут встречаться либо в двух, либо в трех, либо в четырех евангелиях сразу. Остальные же порядка 78 только  в каком либо одном. Из этих 112 около 83 как окажется встречаются у всех трех синоптиков при этом часть из них также встречаются и у Иоанна в четвертом евангелии. Остальные 29 это истории, которые либо параллельно встречаются сразу у Матфея и Луки (их около 15) либо в других комбинациях, как правило, Матфей-Марк. Разумеется, как это было замечено уже не одним десятком исследователей четко можно разделить четыре евангелия на три группы. Создастся впечатление, что их писали люди, принадлежавшие к каждому отдельно взятому этапу составления истории. Эти три группы:  Марк – Матфей и Лука – Иоанн. Здесь и далее называя эти имена я буду иметь в виду тех оставшихся в веках никому неизвестных греческих писцов-авторов и составителей текстов, чьим произведениям позже были присвоены совершенно произвольно эти имена.

 

Можно предположить, что была поставлена задача создать образ некоего бродячего проповедника и чудотворца заступника за бедных и целителя призывавшего к покаянию и непротивлению насилию. Для создания этого образа были использованы те самые мессианские пророчества из Танаха, что упомянуты выше  некоторые эпизоды из трудов Флавия и различные элементы из мифов о воскресающих божествах. Был составлен один определенный прототекст, который я назову условно Прото Qв котором в очень минимальной форме были изложены учения непротивления и покаяния пара чудес и исцелений, возможно, некие ссылки на мессианские пророчества. Это был скорее своего рода набросок или рабочий эскиз. Возможно, образец для переписчиков, согласно которому им необходимо было составить свои версии истории. Позже самой первой версией более или менее обработанной стал ПротоМарк сильно отличный от того Марка который мы имеем сейчас. Другая группа взяла эту версию и на ее основе с прибавлением различных прочих догматических элементов создала Матфея и Луку. И уже позже появился Иоанн как гностико-эллинизированная версия предыдущих трех.  Однако это лишь приблизительная версия того как все могло быть. О мотивах написания каждой отдельно взятой версии и возможной причастности Флавия к тому или иному евангелию я скажу еще чуть ниже. Сейчас же мне хотелось задаться следующими вопросами отчасти риторического характера ответы, на которые возможно прояснили очень многое.

 

Первым вопросом является следующий. Были ли знакомы друг с другом евангелисты или авторы прототекстов? С одной стороны это довольно очевидно, по крайней мере, в случае с синоптиками. С другой непонятно как могло так произойти, что столь тщательно продуманный проект как создание новой идеологии для масс мог быть произведен со столькими нестыковками и несоответствиями? Почему не было дано задание составить одно единственное непротиворечивое евангелие не столь пестрящее множеством исторических географических и теологических нелепостей? Ведь общеизвестно, что четвероевангелие было сформировано не ранее конца второго века н.э. и даже после этого существовало еще добрая пара десятков если не сотня подобных евангелий, которые так и не дошли до нас. Кем должен был выступить главный персонаж этих историй – сам евангельский Иисус? Мессией то есть царем пришедшим освободить свой народ и страну просто бродячим целителем и проповедником без притязаний на престол – пророком и чудотворцем – или как бы невероятно это не звучало единственным сыном Яхве также пришедшим для какой то непонятной цели. Ну или возможно Сыном Человеческим то есть тем абсолютно непонятным персонажем что явился Даниилу в видениях и шел с облаками. Как оказывается он не мог быть ни тем, ни другим ни третьим ни еще кем то в силу вполне резонных обстоятельств что я изложу ниже. По версии евангелистов же он был сразу всем понемножку что, разумеется, просто полный абсурд. Еще один довольно любопытный момент заключается в том, что в то время когда писались первые протоверсии евангелий, а это однозначно было не раньше последней четверти первого века, если не гораздо позже -  некоторые из сделанных пророчеств должны были уже исполниться и любой читающий их должен был бы понять что это грубая фальсификация но почему то таких вопросов не возникало.

 

Теперь как я и сказал пару слов касательно титулов евангельского Иисуса как они излагались теми, кто их придумал. Был ли Иисус Христом то есть Мессией – машиахом – помазанным царем – военным лидером из рода царя Давида призванным  дать свободу своему народу и родине. Однозначно нет. Несмотря на десятки пророчеств, что к нему пытаются привязать и на основе которых и был искусственно собран сам образ Иисуса – а не наоборот - он мессией не был. Очень жалкие попытки как то обосновать его родство с царем Давидом у Матфея и Луки проваливаются с треском, когда анализируешь ту скомпилированную родословную, что предоставляет каждый из них. Но даже если бы они и увенчались успехом и было бы доказано генеалогическое его происхождение от царя Давида то ничего из того что ожидалось от машиаха в пророках судя по дальнейшим историям евангелистов Иисус не сделал. Народ не освободил мира не принес страна так и осталась порабощенной вечное величие и царскую славу не обрел на престол не сел. Выходит что автор, выдвигавший мессианскую теорию просто противоречил сам себе. То есть версия что евангельский Иисус мог быть Христом то есть Царем освободителем себя не оправдала абсолютно никак.

 

Еще более абсурдным титулом евангельского Иисуса является Сын Божий. Прежде чем сильно отплевываться и давать волю эмоциям читая эти строки я предлагаю просто здраво подумать и применить хотя бы минимальное знание об истории  мифологий и религиях древности. Единственной монотеистической религией на тот момент была разумеется религия иудеев. Главным богом этой религии был Яхве или Иегова также именуемый Адонай. При этом пусть любой, кто хоть минимально знаком с ветхозаветной критикой или хоть разок читал оригинал первым бросит в меня камень если этот самый иудейско-израильский бог был бесплотным духом или некоей бесформенной субстанцией. Это был крайне кровожадный мстительный щедрый на несдерживаемые обещания и хвастливый божок который методами шантажа угроз и принуждения управлял своим избранным народом. Весьма физично и визуально осязаемый к тому же. Никакого другого бога кроме этого евангелисты не знали да и не могли иметь в виду, когда пытались утверждать что евангельский Иисус был божьим сыном. И разумеется даже компиляторы Танаха не могли бы и помыслить что у их Яхве мог быть сын. Это было бы абсурдом в высшей степени.

 

Я специально не стал прибегать к аргументам моего собеседника изложенных в прошлых главах касательно истинной природы личности иудейского бога покровителя, так как попытался аргументировать это предположение хотя бы с точки зрения тех твердых фактов, на которые может опереться каждый просто хотя бы поверхностно ознакомившись с Пятикнижием без предрассудков. Все остальное довольно доходчиво, на мой взгляд, было изложено в предыдущей главе. Так или иначе, тот из составителей евангелий кто впервые додумался приписать титул Сына Божьего евангельскому Иисусу явно испытывал крайнюю нехватку логики и здравого смысла. А тот кто умудрился совместить этот титул неоднократно упоминаемый с титулом Мессии – страдал этим вдвойне. Тем не менее, Иисус как Сын Божий несмотря на всю абсурдность этого утверждения – вполне гармонично вжился в общую канву повествования, и большинство сглотнуло эту нелепость, даже не поморщившись. Повторю еще раз – в те времена не было того понятия о Боге с большой буквы которое существует ныне путем долгого многовекового промывания мозгов и иудеи были единственным народом кто верил в единого Яхве который как известно из тех же Писаний был весьма твердофизичен исключительно кровожаден мстителен и открыт для восприятия. Вопрос который стоит задать открыто звучит так – если по задумке евангелистов компиляторов их главный персонаж был Сыном Яхве из Танаха так как ничьим иным он просто не мог быть то в какого бога верят христиане твердо верующие в то что евангельский Иисус был Сыном Божьим? Ответ как мне кажется, более чем очевиден и имеет далеко идущие последствия.

 

Не столь абсурдным сколь просто непонятным является и еще один должно быть самый употребляемый титул евангельского Иисуса – Сын Человеческий. В дословном переводе хоть с греческого хоть с арамейского да хоть с какого угодно этот титул легко перевести как просто человек. Ну и да ладно это был бы еще один нелепый титул если б не его происхождение и как следствие этого его последующее применение к евангельскому Иисусу. Речь идет о видении пророка Даниила, где он видел как с облаками шел некий похожий на сына человеческого то есть на обычного человека – подведен к ветхому днями и далее усажен на престол. Что означает сие я даже не возьмусь интерпретировать, потому что честно сказать не имею не малейшего понятия что сей бред мог бы означать для того кто его придумал. Однако то, что этим термином весьма активно пользовался с легкой подачи евангелистов Иисус, причем, всегда с каким то оттенком непонятной божественности реально настораживает. Так, по его мнению, Сын Человеческий имеет право прощать грехи он хозяин субботы, и он вернется в последние дни во славе отца своего и с ангелами. Здесь стоит задаться вопросом во славе какого отца явится Сын Человеческий? И с какими ангелами? Впрочем на вопрос когда все это случится был дважды дан исчерпывающий ответ. Первый гласил что все сие случится не прейдет и род сей то есть тех кто слышит а второй во время напутствия ученикам что сие произойдет не успеют те обойти и всех городов. То есть учитывая что ни то ни другое так и не произошло то по версии евангелистов страшный приход Сына Человека во славе с его отцом ветхим днями идущих с облаками и с ангелами  своими  нам в ближайшем будущем не грозит и особо впечатлительным нет повода волноваться за свое душевное равновесие и ранимую психику. Сказать еще что-то по этому поводу даже если честно и не представляется уместным или необходимым. Кроме того что авторы евангелий обладая какой-то неведомой нам логикой сумели не просто употребить все три титула со смыслом понятным лишь им но и совместили все три в одном человеке.

 

Еще одним довольно любопытным моментом является тот факт что те кто писал весь этот заведомо невозможный абсурд должны были понимать хотя бы отчасти что то что они излагают невозможно в принципе. И здесь речь уже идет не просто о теологии, но чисто, о здравом смысле. И вообще возможности что то или иное событие может иметь место быть в принципе. Если предположить что авторами были не самые безграмотные люди то налицо умышленное мифотворчество с целью запудрить мозги если же писавшие сами искренно верили в то что пишут то в пору усомниться в их психическом здоровье. Что стоило при гармонизации всех четырех евангелий в одно писание просто сделать еще одну генеральную редакцию и устранить все несоответствия? Договориться насчет того кем будет в действительности по сюжету их главный герой определиться со множеством других мелких моментов? Ведь несмотря на то что все синоптики состоят по большому счету из одних и тех же тезисов – тех 83 о которых я говорил выше каждый из них умудрился осветить тот или иной эпизод по своему и под своим углом расположив их согласно своей собственной хронологии. 

 

Однако даже имея на руках четыре слегка разные биографии одного и того же человека в общественном сознании они все же сумели слиться так что на любой вопрос может быть дан ответ опирающийся на один из источников и совершенно игнорирующий остальные четыре. Так говоря о рождении Иисуса мы сразу представляем хлев и ясли с малюткой Иисусом а также животными и святым семейством в то время как ни у кого больше кроме Луки этой детали нет вообще. Либо думая о крестном пути представляем муки Иисуса несущего неподъемный крест на Голгофу в то время как это отражено лищь у Иоанна а у синоптиков за Иисуса крест несет Симон Киринеянин. Или смерть предателя Иуды болтающегося с петлей на шее на суку. Это есть только у Матфея. Больше никто не пишет об этом а в Деяниях нам представлена совсем другая история. История с прелюбодейкой и фраза кто без греха первый брось в нее камень – только у Иоанна и то с пометкой о поздней вставке. Петр идущий в бурю по воде тонущий и кричащий Иисусу спаси меня – только у Матфея. Вифлеемская звезда и поклонение волхвов также только у Матфея. Я уже не говорю о том, что по своему содержанию Иоанн содержит до     90 % если не больше абсолютно аутентичных тезисов. То есть как мы видим даже это препятствие было как то преодолено и любой искренно и глубоко верующий в то что писание есть живое слово божие принимает все разногласия и проглатывает все что написано в евангелиях несмотря на явную абсурдность очень многого даже не поморщившись. 

 

 

Одним словом – вопросы, вопросы, вопросы…… И при всем при этом утешает лишь тот факт что очень многими добросовестными исследователями за прошедшие пару столетий было сделано все возможное дабы разоблачить эту кучу нелепостей и явных нестыковок бросающих вызов здравому смыслу любого свободомыслящего человека. Сказав все это мне бы хотелось перейти к непосредственному анализу некоторых моментов, которые, на мой взгляд, хоть и были уже многократно освещены в различных источниках, но все же заслуживают еще некоторого внимания в силу своей неоднозначности. Опять же если их попытаться рассмотреть как элементы литературного вымысла а не как факты истории то мы увидим множество довольно интересных пунктов под совершенно другим углом поняв что же хотели этим сказать авторы того или иного сюжета. Я не стану сильно углубляться в текстуальную критику, но коснусь лишь самых любопытных вопросов.